ВАЛЮТНЫЙ КОШМАР (ЖУРНАЛ «НОВОЕ ВРЕМЯ». 1969. № 2)
ФЕЛЬЕТОН
Премьер-министру бананово-кактусовой республики Каскандии приснилась девальвация. Косматая, черная, сюрреалистическая, она больно бодала его под левый бок. Премьер проснулся в состоянии крайнего беспокойства и спросил камердинера, стоявшего с подносом в дверях спальни:
— Франк или фунт?
— Кофе, ваше превосходительство, с готовностью сообщил камердинер.
Прогнав его прочь, премьер-министр сунул под язык таблетку успокоительного и распорядился созвать заседание кабинета.
Когда фельдмаршал Альфредо Брэнди, глава правительства и «отец нации», вошел в зал заседаний, члены кабинета брали частную консультацию у министра финансов. До его слуха долетел обрывок фразы: «...B швейцарский банк, господа, в швейцарский!»
— Забеспокоились, проходимцы, — подумал о соратниках премьер. — Ищут, куда деньги перевести. О делах бы так болели. Хотя, конечно, с кризисом шутки плохи. Не успеешь оглянуться, как по миру пойдешь.
Слушали доклад министра финансов о международном финансовом положении. Он доложил, что международная валютная система за двенадцать месяцев победоносно справилась с тремя кризисами, доказав способность «свободного мира» противостоять любым потрясениям в этой области. Тем не менее, американские эксперты считают, что нынешний кризис может продолжиться и дать неожиданную вспышку. По мнению европейских экспертов, нельзя окончательно сбрасывать со счетов возможность некоторых девальваций, равно как и отдельных ревальваций.
«Ну, и времена настали, — подумал премьер. — Не знаешь, где споткнешься». А вслух спросил, имеет ли министерство финансов рекомендации на случай генерального финансового потрясения. Члены кабинета перестали скрипеть стульями.
— Да, мы имеем такие рекомендации, — ответил министр финансов, дернув при этом головой. — В случае девальвации фунта стерлингов нам следует немедленно объявить девальвацию нашей национальной валюты, попросить заем у Соединенных Штатов, выдать государственные субсидии производителям основного продукта нашего экспорта — кактусового виски и повысить налоги на потребление фасоли, воды и хлеба.
— Неплохо, — бодро произнес премьер-министр, решив про себя немедля избавиться от фунтов, лежащих на его тайном счету в Лондоне.
— Возможен, конечно, и другой вариант: падение франка, — продолжал министр финансов. — В этом случае действуем иначе: девальвируем отечественный сестерций, просим заем v Международного валютного фонда, даем субсидии экспортерам кактусового виски, повышаем налоги на проезд в автобусах и на потребление кукурузы и картофеля. Всем нам, господа, придется затянуть пояса, но ничего не поделаешь. Как говорят французы: «Се ля ви!»
«На фунт ставить нельзя, на франк нельзя, — перебирал в уме премьер. — А на что можно? На доллар?»
Между тем, министр финансов продолжал:
— Девальвация доллара потребует от нас чрезвычайных мер по защите национальной денежной единицы. Эти меры предполагают следующее: девальвацию сестерция, арест оппозиции, создание «Комитета спасения родины» в составе членов кабинета и членов правления фирмы Кактус дистайлинг, а также бомбардировку рабочих районов согласно прилагаемому списку. Общими усилиями всей нации мы справимся с кризисом!
— Безусловно! — поддержал его премьер и подумал, что, пожалуй, надо, как все люди, не мудрствуя, переводить деньги в Швейцарию.
У остальных членов кабинета, судя по их меланхолическому виду, тоже создалась полнейшая ясность насчет задач текущего момента. Один только министр здравоохранения и кладбищ поинтересовался, чего можно ждать от ревальвации западногерманской марки. Министр финансов стал нервно рыться в бумагах, а потом сказал, что, по-видимому, придется объявить осадное положение. На этом заседание закончилось.
«Отец нации» принял решение. Пока не поздно надо все — фунты, франки, марки, доллары — переводить со всех счетов в швейцарскую валюту и помещать в солидный банк в Базеле или в Цюрихе. Дороже, зато как за каменной стеной...
Тут же отдал распоряжение доверенному человеку. Потом принял американского посла. Потом бабэль-мандебского. Потом делегацию союза «Ветераны-полицейские за демократический социализм в Восточной Европе». Потом отправился на новую плантацию кактусов. Оттуда — на завод по их переработке в виски. После дегустации — на прием в португальское посольство.
Ровно в час ночи он вернулся в свою резиденцию. В час тридцать камердинер проводил его на второй этаж в спальню.
А в два часа в спальне грохнул пистолетный выстрел. «Отцу нации», премьер-министру фельдмаршалу Альфредо Брэнди приснилась девальвация швейцарского франка.
Петр АНТОНОВ