ПАРАДОКСЫ ПЕРУ (ЖУРНАЛ «НОВОЕ ВРЕМЯ». 1969. № 2)

Корреспонденция из Лимы
Густаво ВАЛЬКАРСЕЛЯ

От редакции. Публикуя в сокращенном виде корреспонденцию известного перуанского писателя и журналиста Густаво Валькарселя, редакция считает, что при всей сложности и неясности положения в Перу опубликование этой интересной корреспонденции будет полезным. Перуанский писатель анализирует сложное положение, которое сложилось сейчас в Перу и подтверждает высказывавшиеся ранее в «Новом времени» мнения о растущем расслоении в латиноамериканских армиях.

Прошло более трех месяцев с той октябрьской ночи, когда десятки танков «Шерман» отошли от казармы мотомеханизированной дивизии и окружили президентский дворец Писарро. Офицеры свергли президента Фернандо Бела-унде Терри. Ликвидация еще одного буржуазного режима «представительной» демократии в Латинской Америке была проведена за рекордно короткий срок и фактически без жертв. Главой государства стал начальник объединенного командования вооруженных сил Перу генерал Хуан Веласко Альварадо. Он составил кабинет только из военных.

Утром 4 октября, когда народ Перу проснулся, дело уже было сделано. Люди, ошеломленные, практически не прореагировали на военный переворот.

Что предшествовало перевороту

Народные массы Перу безучастно отнеслись к перевороту, так как свергнутое военными правительство Белаунде было крайне непопулярно.

В предвыборной программе Белаунде в первом ряду стоял пункт о национализации нефтяной промышленности и в первую очередь предприятий филиала Стандард ойл оф Нью-Джерси — Интернэшнл петролеум компани, которая разрабатывала месторождения в Бреа и Париньясе. В течение полувека этот трест был для перуанцев олицетворением жестокости и алчности янки. Вторым пунктом программы была аграрная реформа. Благодаря этим двум пунктам Белаунде, архитектор по профессии, одержал победу на выборах в июле 1963 года, во время которых за него голосовали и коммунисты. Его главные соперники — ставленник Соединенных Штатов Айя де ла Торре и эксдиктатор генерал Мануэль Одриа — потерпели поражение.

Но затем Айя де ла Торре и Одриа, ненавидевшие друг друга на протяжении многих лет, объединились против нового президента. Они контролировали парламентское большинство, ставшее в оппозицию к Белаунде.

В фарсе «представительной» демократии, разыгрывавшемуся на подмостках перуанского парламента, было много действующих лиц. Но народ отсутствовал. Президент не пожелал опереться на массы, которые в первое время после выборов поддерживали и защищали его. Белаунде, человек своевольный и тщеславный, смотревший на все через призму своих субъективных суждений, не желал выслушивать мнение даже своих соратников из основанной им партии Народное действие. Партия в конце концов распалась на два крыла. Входившие в коалицию с этой партией христианские демократы также перешли со временем в оппозицию.

Между тем, пока представители исполнительной и законодательной власти изнемогали от бесплодной риторики и взаимных обвинений, все предвыборные обещания Белаунде оставались на бумаге. Проведенная в Перу аграрная реформа не заслуживает этого названия. Положение в деревне практически осталось прежним. Голод, нищета и болезни с той же силой свирепствуют среди крестьян, особенно среди индейцев, составляющих половину 12-миллионного населения страны. Стоимость жизни в Перу за годы правления Белаунде повысилась на сто процентов, а внешний долг увеличился в четыре раза: с 188 до 742 миллионов долларов. При этом растут все время прибыли монополий янки.

Коррупция, подкупы, подлоги разъедали администрацию Белаунде. В 1967 году, например, было обнаружено, что на контрабанде нажили миллионы долларов многие чиновники, среди которых были даже министры, полицейские чины и лидеры правящей партии.

Все это, вместе взятое, вызывало огромное недовольство в народе. Забастовка сменялась забастовкой, студенческое движение принимало все более бурный характер, политическая атмосфера становилась все более накаленной. В январе 1968 года было создано Объединение левых сил — широкий демократический и патриотический фронт, направленный против местной олигархии и империалистов. В основе его находилась Перуанская коммунистическая партия. В июне того же года образовался новый национальный профсоюзный центр — Всеобщая конфедерация трудящихся Перу, присоединившаяся к Всемирной федерации профсоюзов. Этот центр покончил с монополией «желтых» профсоюзов в стране и вместе с другими левыми организациями готовился к назначенным на июнь 1969 года выборам.

Афера с «одиннадцатой страницей»

В последние дни перед падением Белаунде в Перу произошло несколько важных событий, приблизивших конец его режима. В июле правительство в угоду Интернэшнл петролеум компани резко повысило цену на бензин. Это привело к немедленному повышению платы за проезд на транспорте и росту цен на предметы широкого потребления, которые перевозятся из города в сельские местности автотранспортом. Профсоюз шоферов Перу в знак протеста объявил всеобщую забастовку, поддержанную другими профсоюзами.

Это еще больше подхлестнуло давнюю борьбу народа против филиала Стандард ойл оф Нью-Джерси, — борьбу, в которой участвовали практически все слои перуанского общества.

Тогда Белаунде отменил конституционные гарантии. Посольство Соединенных Штатов в Лиме требовало от него принятия немедленного и окончательного решения, выгодного Интернэшнл петролеум компани. Развязав себе руки отменой конституционных гарантий и получив от парламента чрезвычайные полномочия, президент спешно оформил контракт между иностранной нефтяной монополией и государственной компанией Эмпреса петролера фискаль.

В этой сделке предусматривалось, что земли и недра Бреа и Париньяса перейдут в собственность государства, но Интернэшнл петролеум компа-ни сохранит контроль над большинством сооружений в районе этих месторождений, а также в Таларе, где действует нефтеочистительный комплекс, от которого янки получали большую часть своих прибылей. Контракт явно был заключен в ущерб национальным интересам Перу. Достаточно сказать, что Интернэшнл петролеум компани получила концессию от Белаунде на переработку перуанской нефти сроком на восемьдесят лет, то есть до 2048 года!

И еще одно. На последней, одиннадцатой странице упомянутого контракта оговаривалось, что Интернэшнл петролеум компани будет оплачивать Эмпреса петролера фискаль стоимость экспортируемой ею нефти в долларах, дабы уберечь Перу в случае новых девальваций ее национальной валюты.

Общественное мнение, демократические партии, честные парламентарии категорически потребовали, чтобы полный текст контракта стал достоянием гласности. После этого руководитель Эмпреса петролера фискаль инженер Карлос Лорет де Мола подал в отставку. Почему? Выяснилось. что в тексте документа, переданном инженером премьер-министру Освальдо Эрсельесу, таинственным образом пропала как раз одиннадцатая страница.

Негодование, вызванное этой грязной аферой, охватило всю страну. Состоялись многочисленные выступления, хотя в Перу было осадное положение. Начался правительственный кризис. 2 октября было сформировано новое правительство. А на рассвете 4 октября выступила армия, свергнувшая Белаунде и распустившая парламент.

Первые шаги военной хунты

В полдень 9 октября более тысячи солдат 1-й стрелковой дивизии с оружием в руках неожиданно вступили в Талару. В тот же самый момент генерал Веласко обратился к нации по радио и телевидению, сообщив о полной национализации Бреа и Париньяса, а также всего комплекса Талары. Предыдущие соглашения и контракты аннулировались. Все имущество Интернэшнл петролеум компани переходило в собственность государства в лице Эмпреса петролера фискаль.

Страна встрепенулась, на этот раз полная патриотического восторга. Весь народ, политические партии, профсоюзы, общественные организации приветствовали решение хунты. Военная хунта, изолированная, не имевшая поддержки в народе, сразу стала популярной.

Несколько дней спустя новое правительство декретировало экспроприацию земельных владений корпорации Серро де Паско общей площадью более 200 тысяч гектаров, которые были предназначены для аграрной реформы. Эта американская корпорация начала свою деятельность в Перу еще в начале века, сгоняя коренное население с земли, зверски расправляясь с индейцами, если они оказывали ей сопротивление.

Действия хунты против всемогущей Серро де Паско, владения которой, как обещали генералы, будут распределены между индейскими общинами, также не имеют прецедентов в истории страны инков. И народ снова приветствовал действия военной хунты.

Одновременно с этими акциями правительство Веласко Альварадо вело официальные переговоры с экономическими и торговыми делегациями, прибывшими в Лиму из социалистических стран. В Лиме побывали в последнее время для установления деловых контактов делегации Польши, Венгрии, Румынии и Чехословакии. Все они подписали торговые соглашения с государственными учреждениями и с представителями частного сектора. Были заключены также межправительственные соглашения.

8 ноября новое правительство установило дипломатические отношения с Социалистической Республикой Румынии на уровне посольств. Румыния, таким образом, стала первой социалистической страной, с которой Перу установила отношения по всей форме. В Лиме говорят, что такие же отношения желают установить и с другими социалистическими государствами. Помехи, которые создавались прежде для въезда граждан из этих государств в Перу, теперь фактически аннулированы, и сюда приехали журналисты, в то время как при Белаунде министерство иностранных дел отказывало во въездной визе даже артистам.

И наконец, надо отметить, что военная хунта — во всяком случае, до сих пор, — практически не применяла репрессии, если не считать запрещения газет «Экспресс» и «Экстра» и журнала «Каретас». Но в результате забастовки журналистов и типографских рабочих эти издания начали через две недели снова выходить, После военного переворота в Перу не последовало репрессивных мер против коммунистов и их организаций, и центральный орган партии «Унидад» регулярно выходит в свет каждый четверг. Можно сказать, что, как это ни странно выглядит на первый взгляд, хунта фактически восстановила многие из гарантированных перуанской конституцией гражданских прав, которые были, хотя и временно, отменены правительством Белаунде.

Очевидно, военный переворот в Перу является несколько необычным в ряду многочисленных «пронунсиамиенто», неизменно сопровождавшихся пролитием крови и массовыми репрессиями.

Тем не менее далеко не все акции нового режима можно рассматривать в розовом свете. Приведем примеры.

В экономическом плане подчеркивается уважение к «свободе торговли» и инициативе иностранного «частного предпринимательства», которые идут на пользу прежде всего национальной олигархии и чужеземным капиталистическим предприятиям. С одобрения военной хунты ряд монополий Соединенных Штатов, в том числе Соутерн коппер корпорейшн, Белко петролеум компани и Маркона майнинг, намеревается расширить свои капиталовложения в Перу. В эксплуатацию новых нефтяных месторождений монополии янки планируют в ближайшие три года вложить 320 миллионов долларов.

Хунта объясняет поощрение иностранных капиталовложений тем, что государство нуждается в валюте, так как в Национальном резервном банке имеется в наличии всего 75 миллионов долларов в качестве гарантии нынешней котировки соля. Ссылаются на то, что валюта необходима для погашения внешнего долга и других выплат за границей. Оправдания вызваны тем, что народ не одобряет этой стороны политики хунты.

Министерство труда, аппарат которого переполнен высокопоставленными чиновниками правительства Белаунде, продолжает свою антирабочую политику, охраняющую интересы хозяев. В целом же военные заняли все должности в государственных учреждениях — от министерских постов до самых скромных должностей в местных органах самых отдаленных департаментов. Офицеры действуют так, будто гражданские лица не достигли совершеннолетия и нуждаются в военной опеке.

Военный режим не уточнил, когда в стране состоятся выборы. Наоборот, судя по многим данным, генеральская хунта собирается править неопределенно долго.

Касаясь этой стороны дела, газета «Унидад», которая приветствовала позитивные мероприятия военных, отвечающие национальным интересам, пишет в редакционной статье номера от 14 ноября:

«Нынешнее правительство де-факто не представляет истинно народной и революционной альтернативы, которой требует весь комплекс наших национальных проблем. Такой альтернативой в перспективе может быть только создание народного и антиимпериалистического правительства, с антилатифундистскими и подлинно национальными целями, демократического по характеру, рожденного из недр народных масс и поддерживаемых этими массами».

Противоречия внутри хунты

Описанный выше клубок противоречий в Лиме связан прежде всего с тем, что сама военная хунта не однородна по своему составу. В ней есть военные, известные своими националистическими тенденциями, среди которых выделяется сам генерал Веласко Альварадо, но есть и такие, кто придерживается иных взглядов.

В хунте представлены офицеры сухопутных сил, составляющие большинство, и офицеры флота и авиации. А в Латинской Америке представители каждого из этих родов войск имеют свои специфические взгляды, связанные с их классовым происхождением, уровнем культуры и армейскими традициями.

Недавно, обратившись за поддержкой к населению, генерал Веласко Альварадо адресовал свое слово и «красному сектору». Это был явный намек на левые силы страны. А таких намеков во дворце Писарро пока еще никто не делал.

23 ноября в интервью корреспонденту газеты «Комерсио» глава хунты сказал, что его правительство «не интересуется политической окраской» тех или иных специалистов, помощь которых ему потребуется — оно заинтересовано только в том, чтобы это были компетентные в своем деле люди. Журналист спросил генерала, левый он или правый. На это Веласко Альварадо уклончиво ответил, что он не профессиональный политик. А когда корреспондент «Комерсио» стал уточнять, является ли генерал антикоммунистом, он ответил:

— Я профессиональный военный. Меня не интересуют негативные позиции...

Некоторые наблюдатели в Лиме склонны считать, что генерал Веласко Альварадо — глава действующей в тени группы молодых полковников, взгляды которых схожи со взглядами их коллег в некоторых арабских странах, выступающих за независимость и прогресс своих народов. Мы не разделяем этой гипотезы, полагая, что по сравнению с арабским миром условия в Перу совсем иные, как с политической точки зрения, так и с точки зрения географического положения нашей страны и соотношения сил внутри страны и за ее пределами. Нынешняя военная хунта вообще не имеет четкой идеологической основы, общей доктрины или политической стратегии. Ее действия во многом объясняются стечением обстоятельств и конъюнктурой. И хотя ее представители сейчас выступают единым фронтом, никто не может поручиться за то, как они будут действовать завтра.

Перспективы

В силу этих причин коммунисты Перу не строят особых иллюзий по поводу будущих действий военной хунты, не исключают применения репрессий после неожиданного маневра какого-либо из генералов или возможного контрпереворота со стороны более реакционных военных. Надо иметь в виду и то, что хунта подвергается давлению со стороны Соединенных Штатов, которые желали после выборов 1969 года увидеть во главе Перу безоговорочных исполнителей их воли из партии Айя де ла Торре. А после национализации Интернэшнл петролеум компани Вашингтон ведет постоянный пропагандистский обстрел хунты. Ей отказано, как говорят, в кредитах и помощи.

Ни один человек в нашей стране не может предсказать, что произойдет в Перу в ближайшее время. Но одно уже сейчас можно сказать С полной определенностью: до сих пор в Латинской Америке не случалось военного переворота, подобного тому, который возглавил генерал Веласко Альварадо. Пока что военная хунта в Перу во многих отношениях представляет собой исключение, которое, впрочем, лишь подтверждает латиноамериканское правило и показывает, как противоречиво может сложиться порой ситуация на нашем континенте.

(Получено через АПН).